Цитаты из книг
(страница 33)
- Заседание продолжается! И, как видите, господа присяжные заседатели, лед тронулся. Подзащитный пытался меня убить. Конечно, из детского любопытства. Он просто хотел узнать, что находится у меня внутри.
Потерять того, кого любил, - это страшно, но еще страшнее так никогда его и не встретить.
Если все прочее сгинет, а он останется, я еще не исчезну из бытия; если же все прочее останется, но не будет его, вселенная для меня обратится в нечто огромное и чужое, и я уже не буду больше ее частью.
— Не читайте до обеда советских газет.
— Гм... Да ведь других нет...
— Вот никаких и не читайте!
Жизнь слишком длинна для одной любви.
Люди любят друг друга, и в этом — всё.
Ненависть — это кислота, которая разъедает душу.
В человеке тебе принадлежит только то, что ты в нем изменил.
Путешествуй только с теми, кого любишь.
Не надо стоять на перроне, пытаясь влезть в любой подъехавший состав. Следуйте расписанию своего сердца.
Жизнь не всегда дает вторую попытку, и подарки, которые она тебе преподносит, лучше принимать.
Великая цель всякого человеческого существа — осознать любовь. Любовь — не в другом, а в нас самих, и мы сами ее в себе пробуждаем. А вот для того, чтобы ее пробудить, и нужен этот другой. Вселенная обретает смысл лишь в том случае, если нам есть с кем поделиться нашими чувствами.
...люди и созданы, чтобы друг друга мучить.
Миром управляют один миллион злодеев, десять миллионов тупиц и сто миллионов трусов.
А знаете — ведь тут все дело в привычке. Когда столько людей приходили в твою жизнь и уходили из нее, — привыкаешь ко всему. И к встречам, и к расставаниям. В сущности, это все равно что перейти от тира к карусели.
Я знаю, слезы женщин — вздор,
В них постоянства нет.
Другой придет, пленит их взор,
И слез пропал и след.
Вам, должно быть, нелегко живётся, если вы всё ещё верите в справедливость.
Женщина — это вам не металлическая мебель; она — цветок. Она не хочет деловитости. Ей нужны солнечные, милые слова. Лучше говорить ей каждый день что-нибудь приятное, чем всю жизнь с угрюмым остервенением работать на неё.
Дёшево только то, что носишь без чувства уверенности в себе.
Если моя совесть чиста, ни одно обвинение не может ранить меня.
