Эрих Мария Ремарк – цитаты
(страница 31)
История искусства — это история страдания тех, кто ее создавал.
Поживете еще немного в эмиграции и поймете: несчастье — самая обыденная вещь.
— Ты не боишься?
— Чего?
— Того, что я больна.
— Я боюсь совсем другого: во время гонок при скорости двести километров у меня может лопнуть покрышка переднего колеса.
Лилиан вдруг поняла, чем они похожи друг на друга. Они оба были людьми без будущего. Будущее Клерфэ простиралось до следующих гонок, а ее — до следующего кровотечения.
Вы заметили, что священники и генералы доживают до глубокой старости? Ведь их не точит червь сомнений и тревог. Они много бывают на свежем воздухе, занимают свою должность пожизненно, и думать им незачем. У одного есть катехизис, у другого — воинский устав. Это сохраняет им молодость. Кроме того, оба пользуются величайшим уважением. Один имеет доступ ко двору Господа Бога, другой — кайзера.
- Я не способен ходить по радуге, Изабелла. Но очень хотел бы научиться. А кто способен?
– Никто.
– Никто? И ты тоже нет?
– Никто. Но достаточно, если человек об этом тоскует.
Не странно ли, что как раз красота и счастье внушают человеку самые грустные мысли.
Ваша опора – в вас самих!
— Что же ещё у нас осталось?
— Яблоки на деревьях, золотой октябрь и наши мечты.
Любое положение лучше, чем война.
— Скажите, вы ещё верите во что-нибудь?
— О да! Я верю в священный эгоизм! В безжалостность! В ложь! В косность человеческого сердца!
Трусость в соединении с жесткостью как раз и являются логическим следствием любой тирании.
А жизнь, хорошая или плохая, все равно есть жизнь, это замечаешь, только когда вынужден ею рисковать.
Дальше полуправд нам идти не дано. На то мы и люди. Зная одни только полуправды, мы и то творим немало глупостей. А уж если бы знали всю правду целиком, то вообще не могли бы жить.
Время от времени вдруг накатывалось прошлое и впивалось в меня мёртвыми глазами. Но для таких случаев существовала водка.
Она улыбнулась, и мне показалось, что весь мир стал светлее.
Мне хотелось сказать ей что-нибудь, но я не мог... И даже если нужные слова приходят, то стыдишься их произнести. Все эти слова принадлежат прошлым столетиям. Наше время не нашло ещё слов для выражения своих чувств. Оно умеет быть только развязным, всё остальное — искусственно.
Ты и без того знаешь слишком много, чтобы быть по-настоящему счастливым.
— Видишь, как прекрасна твоя комната.
— Прекрасна, потому что ты здесь. Она уже никогда не будет такой, как прежде... потому что ты была здесь.
Покой, камин, книги, тишина... Прежде в этом видели одно мещанство. Теперь это мечты о потерянном рае.
Как много придумано слов для простого, дикого, жестокого влечения двух человеческих тел друг к другу.
Загрузка ...