Отчаяние – цитаты
(страница 6)
Или вы оглядываетесь вокруг и приходите в отчаяние, или приходите в отчаяние и оглядываетесь вокруг. В первом случае вы накладываете руки на собственное тело; во втором – на душу.
В отчаянные минуты мысли путаются. Но одновременно всплывают факты, словно желающие усугубить, обострить отчаяние. И жестоко все проясняющие...
Отчаяние есть величайшее из наших заблуждений.
Не будь на свете книг, я давно пришел бы в отчаяние.
Трагедия в том, что никто не видит выражения безнадёжного отчаяния на моем лице. Нас тысячи и тысячи, мы проходим мимо и не узнаем друг друга.
Ни смерть, ни удары судьбы, ни муки не способны сравниться с отчаянием от утраты собственного «я».
Один надеялся, другой предался отчаянию: каждый их них сам избрал свою долю.
Никогда не отчаивайтесь. А если вы уже впали в отчаяние, то продолжайте работать и в отчаянии.
Постоянное горе, как беспрерывное счастье, приводит к равнодушию; отчаяние делается привычкой жизни и налагает страшную преждевременную смерть на душу.
Никогда не следует доводить врага до крайности: если он удручен и изнеможен, то отчаяние придает ему сил и вселяет в него бодрость, ибо отнять у людей растерявшихся и измученных всякую надежду на спасение — значит наделить их спасительнейшим средством.
Это другая сторона, та, что без будущего. Та, что лишь в настоящем. Она не замутнена даже надеждой. Только веселый покой чистого отчаяния.
И вот, отчаявшись найти справедливость, люди ухватились за силу...
Чтобы стать оптимистом в настоящем значении этого слова, нужно испытать отчаянье и победить его.
Безумие и отчаяние нередко похожи друг на друга.
Туда, где раздор, позвольте принести гармонию. Туда, где заблуждение, позвольте принести истину. Туда, где сомнение, позвольте принести веру. И туда, где отчаяние, позвольте принести надежду.
А. К. Толстой когда-то писал: «Когда я вспомню о красоте нашей истории до проклятых монголов, мне хочется броситься на землю и кататься от отчаяния». В русской литературе еще вчера были Пушкины, Толстые, а теперь почти одни «проклятые монголы».
Бывают такие особенные минуты отчаянности и злобы, когда все, кажется, возможно смести на пути.
Отчаяние — какое странное чувство; и странно, что после этого выживают.
К нашему отчаянию при потере тех, кого мы любим, нередко тайно примешивается любовь к самому себе и малодушие перед новыми обязанностями, налагаемыми на нас их утратой.
Два отчаяния, повстречавших друг друга, вместе могут составить одну надежду.
