Фрэнсис Скотт Фицджеральд – цитаты
(страница 5)
Особенности характера, что имелись у тебя в двадцать один год, скорее всего, сохранятся на всю жизнь.
Вся жизнь — это движение к одной-единственной фразе: «Я тебя люблю» — и обратно.
Я хочу жить там, где о людях судят не по цвету галстуков и фасону воротничков.
Сочувствие ближнему имеет пределы.
Одно завораживающее мгновение сведёт на нет пять лет непоколебимой верности.
Многие люди склонны преувеличивать отношение к себе других — почему-то им кажется, что они у каждого вызывают сложную гамму симпатий и антипатий.
Если уж воевать, так за тех, на чьей стороне правда.
Самому разыгрывать комедию подчас легче, чем смотреть, как это делают другие.
Он был до того отвратителен, что уже не внушал и отвращения, просто воспринимался как нелюдь.
— Странная вы все-таки женщина, Николь.
— Ну что вы! Самая обыкновенная. Верней, во мне сидит с десяток самых обыкновенных женщин, только все они разные.
В восемнадцать наши убеждения подобны горам, с которых мы взираем на мир, в сорок пять — пещерам, в которых мы скрываемся от мира.
Вот кто был великий грешник — тот, кто первый начал думать.
И неудачник, и баловень судьбы, оба в душе верят, что у каждого из них верный взгляд на жизнь. Только удачливый учит своего сына извлекать прибыль из капитала отца, а те, кто не слишком преуспел, учат сыновей извлекать опыт из отцовских ошибок.
Да плевать мне на правду. Я счастья хочу.
Если смотреть на собеседника с интересом, он будет говорить бесконечно.
Я вас боюсь. Я всегда боюсь девушек, которых ещё не целовал.
Меня надо завоёвывать заново каждый день и каждый час.
Загрузка ...