Толпа – цитаты
(страница 7)
Большая толпа — это маленькие люди.
Толпа, как больная природа,
дрожит от неясных забот...
По виду - частица народа.
По сути - его антипод.
Миллионы людей, одурманенные пропагандой и отсутствием информации, отупевшие от догматизма и изоляции от внешнего мира, лишенные свободы и воли, а от страха — даже и любопытства, пришли к угодничеству и покорству и стали обожествлять Трухильо. И не только боялись его, но и полюбили, как начинают любить дети своих властных отцов, убеждая себя, что те бьют и наказывают их для их же блага.
Только находясь в большой толпе и понимаешь, что такое безлюдье.
Всякое собрание людей есть толпа, независимо от того, из кого она состоит... Разума у толпы нет, зато есть уши, которым следует льстить, и глаза, которым следует нравиться.
Любопытная черта беззащитных натур: они — как для мух горшок с мёдом, им ничего не дают, но берут у них много. Мягкий, уступчивый, бескорыстный человек всегда становится добычей толпы. Люди издали чуют его доброту и беззащитность.
Штука не в том, чтобы тебя при входе приветствовала толпа — приятно войти всякий сумеет, — но чтобы о твоем уходе жалели.
Неужто любовь так примитивна и вульгарна, что должна питаться внешним успехом и признанием толпы?
Но ведь ничего нет легче, как обмануть невежественную толпу, когда предвзятая мысль уже наполовину убедила её, прежде чем обманщик успел сказать слово.
Чтобы влиться в толпу, вовсе не обязательно выходить на улицу — достаточно, сидя дома, развернуть газету или включить телевизор.
Принадлежность к типу есть конец человека.
Истина, ставшая достоянием толпы, очень скоро искажается до неузнаваемости.
Самая ужасная толпа, какую можно себе представить, состояла бы из одних знакомых.
Я не сотворен для людей теперешнего века и нашей страны; у них каждый обязан жертвовать толпе своими чувствами и мыслями.
Душа или покоряется природным склонностям, или борется с ними, или побеждает их. От этого — злодей, толпа и люди высокой добродетели.
Мы идем этой дорогой только потому, что и другие идут той же дорогой. Мы ободряем себя тем, что в кромешной тьме слышим чей-то свист в ответ на наш собственный.
Никакой бурный прилив не может поднять таких волн, какими бывают движения в толпе, особенно если она упивается новой и недолговечной свободой.
Каждый человек равно одинок, не имеет права на индивидуальное одиночество и входит в безымянную и лишенную героизма одинокую толпу.
Не будем следовать ропоту тех, кто предпочитает спокойное рабство свободе, и кто непрестанно указывает нам на пламя нескольких горящих замков.
Всякий, кто пытается выйти из общего стада, становится общественным врагом.
Загрузка ...