Михаил Лермонтов

К добру и злу постыдно равнодушны,
В начале поприща мы вянем без борьбы;
Перед опасностью позорно малодушны
И перед властию презренные рабы.

Михаил Лермонтов

3

И на челе его высоком
Не отразилось ничего.

Михаил Лермонтов, "Демон"

1

И кто-то камень положил
В его протянутую руку.

Михаил Лермонтов

1

И всё, что пред собой он видел,
Он презирал иль ненавидел.

Михаил Лермонтов, "Демон"

1

Твой стих, как божий дух, носился над толпой,
И отзыв мыслей благородных
Звучал, как колокол на башне вечевой
Во дни торжеств и бед народных.

Михаил Лермонтов

1

Не вынесла душа поэта
Позора мелочных обид,
Восстал он против мнений света
Один, как прежде... и убит!

Михаил Лермонтов

1

Убит!.. К чему теперь рыданья,
Пустых похвал ненужный хор
И жалкий лепет оправданья?
Судьбы свершился приговор!

Михаил Лермонтов

2

Смешались в кучу кони, люди...

Михаил Лермонтов, "Бородино"

2

И молвил он, сверкнув очами:
«Ребята! не Москва ль за нами?
Умремте ж под Москвой,
Как наши братья умирали!»

Михаил Лермонтов, "Бородино"

2

Что тут хитрить, пожалуй к бою;
Уж мы пойдем ломить стеною,
Уж постоим мы головою
За родину свою!

Михаил Лермонтов, "Бородино"

2

Михаил Лермонтов — цитаты и высказывания

Скажи-ка, дядя, ведь недаром
Москва, спаленная пожаром,
Французу отдана?

Михаил Лермонтов, "Бородино"

1

Да, были люди в наше время,
Не то, что нынешнее племя:
Богатыри — не вы!

Михаил Лермонтов, "Бородино"

3

На воздушном океане,
Без руля и без ветрил,
Тихо плавают в тумане
Хоры стройные светил.

Михаил Лермонтов, "Демон"

1

А годы проходят — всё лучшие годы!

Михаил Лермонтов

1

И скучно, и грустно, и некому руку подать.

Михаил Лермонтов

4

Прощай, немытая Россия,
Страна рабов, страна господ,
И вы, мундиры голубые,
И ты, им преданный народ.

Михаил Лермонтов

8

Княжна, кажется, из тех женщин, которые хотят, чтоб их забавляли; если две минуты сряду ей будет возле тебя скучно, ты погиб невозвратно: твое молчание должно возбуждать ее любопытство, твой разговор — никогда не удовлетворять его вполне; ты должен ее тревожить ежеминутно; она десять раз публично для тебя пренебрежет мнением и назовет это жертвой и, чтоб вознаградить себя за это, станет тебя мучить — а потом просто скажет, что она тебя терпеть не может. Если ты над нею не приобретешь власти, то даже ее первый поцелуй не даст тебе права на второй; она с тобою накокетничается вдоволь, а года через два выйдет замуж за урода, из покорности к маменьке, и станет себя уверять, что она несчастна, что она одного только человека и любила, то есть тебя, но что небо не хотело соединить ее с ним, потому что на нем была солдатская шинель, хотя под этой толстой серой шинелью билось сердце страстное и благородное...

Михаил Лермонтов, "Герой нашего времени"

5

Я уже прошел тот период жизни душевной, когда ищут только счастия, когда сердце чувствует необходимость любить сильно и страстно кого-нибудь, — теперь я только хочу быть любимым, и то очень немногими; даже мне кажется, одной постоянной привязанности мне было бы довольно: жалкая привычка сердца!..

Михаил Лермонтов, "Герой нашего времени"

3

Где есть общество женщин — там сейчас явится высший и низший круг.

Михаил Лермонтов, "Герой нашего времени"

4

Такова была моя участь с самого детства. Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скромен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду — мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я ее отрезал и бросил, — тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей ее половины.

Михаил Лермонтов, "Герой нашего времени"

15
Авторы и их творения
Читайте также
СлаваЗдоровьеБлаженствоСоциализмБиантСамооценка