Стефан Цвейг – цитаты
(страница 3)
Всегда, прежде чем может быть возведено что-то новое, должен быть поколеблен авторитет уже существующего.
Все запутанное по самой природе своей тяготеет к ясности, а все тёмное — к свету.
Чем добросовестнее изучаешь источники, тем с большей грустью убеждаешься в сомнительности всякого исторического свидетельства.
Неполный ответ удваивает интерес.
Ненависть, умеющая молчать, во сто крат опаснее, чем самые неистовые речи.
Требовать логики от страстно влюбленной молодой женщины, всё равно что искать солнце в глухую ночь.
Только слабые натуры покоряются и забывают, сильные же мятутся и вызывают на неравный бой всесильную судьбу.
Ничто так не усиливает чувство собственного достоинства у человека, ничто так не способствует формированию его характера, как неожиданно поставленная перед ним задача, осуществление которой зависит всецело от его собственной инициативы и его собственных сил.
Удачное сочетание противоположностей — наиболее благоприятное условие для гармонии.
Всё, что выходит за рамки узкого и нормального кругозора обывателей, делает их сначала любопытными, а потом злыми.
Даже самая жестокая плеть бьет не так больно, если ты видишь, что она с той же силой обрушивается на спину ближнего.
Тщеславие тоже одурманивает, благодарность тоже оглушает, нежность тоже кружит голову.
Тому, кто не боится риска, часто приходит на помощь случай.
Между женщиной, которая однажды призналась в своём чувстве мужчине, и этим мужчиной всё становится накалённым, таинственным и опасным, даже воздух.
Люди, как известно, склонны к самоуспокоению, они пытаются заглушить в себе сознание опасности, объявляя, что ее не существует вовсе.
Любящие обладают каким-то сверхъестественным даром угадывать подлинные чувства любимого, а так как любовь, по извечным законам, всегда стремится к беспредельному, то все обычное, все умеренное претит ей, невыносимо для нее.
Нет вражды страшнее, чем та, которая возникает, когда сходное борется со сходным, побуждаемое одинаковыми стремлениями и одинаковой силой.
Такова уж природа человека, что, оказавшись между двумя лагерями, двумя идеями, спорящими, быть или не быть, он не может устоять перед соблазном примкнуть к той или другой стороне, признать одну правой, а другую неправой, обвинить одну и воздать хвалу другой.
