Смех – цитаты
(страница 13)
Плачущий и смеющийся человек со спины выглядят одинаково.
Мы довольны, когда смеются нашему остроумию, но не нашей глупости.
Смех есть веселость ума.
Смейся с другими, а не над другими.
Судьба всякой истины — сначала быть осмеянной, а потом уже признанной.
Я верю, что могущество смеха и слёз сможет стать противоядием от ненависти и страха.
Хочешь, я скажу тебе, что значит быть королём? Так вот: первым - в любой безнадёжной атаке и последним - при самом позорном отступлении. Когда в стране голод - носить самые изысканные одежды и смеяться за скудной трапезой громче, чем кто-либо другой в твоей стране.
Есть у меня такой крупный недостаток: я всегда говорю серьезно, даже когда хочу рассмешить – особенно когда хочу рассмешить.
Но жизнь – она так уж устроена, что рядом с теми, кто смеётся, всегда отыщутся те, кто плачет, причём, как будет явствовать из нижеследующего, причина для смеха и слёз – одна и та же.
Два судорожных движения рта действуют заразительно: это смех и зевота.
Болезнь и скорбь легко передаются от человека к человеку, но всё же нет на земле ничего более заразительного, нежели смех и весёлое расположение духа.
Возлюбленной вовсе не следует вечно смеяться. Это поощряет мужчин к измене. Видя её весёлой, не чувствуешь раскаяния; а если она печальна, как-то становится совестно.
Так получается, что сила смеха и любви каждый раз побеждают власть страха.
Я знаю, что есть иные из нас, которые от души готовы посмеяться над кривым носом человека и не имеют духа посмеяться над кривою душою человека.
Так как же не расхохотаться,
Не разрыдаться, как же жить,
Когда возможно расставаться,
Когда возможно разлюбить?
Хорошо смеется человек — значит хороший человек.
Все это было бы даже смешно, если бы не было так «хорошо изложено».
Что ж делать?.. Речью неискусной
Занять ваш ум мне не дано...
Всё это было бы смешно,
Когда бы не было так грустно.
Думая о близкой и возможной смерти, я думаю об одном себе: иные не делают и этого. Друзья, которые завтра меня забудут или, хуже, возведут на мой счет бог знает какие небылицы; женщины, которые, обнимая другого, будут смеяться надо мною, чтоб не возбудить в нем ревности к усопшему, — бог с ними! Из жизненной бури я вынес только несколько идей — и ни одного чувства. Я давно уж живу не сердцем, а головою. Я взвешиваю, разбираю свои собственные страсти и поступки с строгим любопытством, но без участия.
Когда мне страшно, я всегда смеюсь.
