Смерть – цитаты
(страница 32)
Мученическая кончина — не конец, а только начало.
Когда мы говорим, что страшимся смерти, то думаем прежде всего о боли, ее обычной предшественнице.
Люди боятся смерти по той же причине, по которой дети боятся темноты, потому что они не знают, в чем тут дело.
Мы не можем принимать слабых и глупых. Жизнь снова становится первобытной, и те, кто бесполезен, кто является только обузой или - приносит вред, должны умереть. Все они должны вымереть. Они должны сами желать смерти. В конце концов это нечестно - жить и позорить свое племя. Все равно они не могут быть счастливы. К тому же смерть не так уж страшна, это трусость делает ее страшной.
Она знает, что должна умереть, и свыклась с этой мыслью, как люди свыкаются с морфием, эта мысль преображает для нее весь мир, она не знает страха, ее не пугают ни пошлость, ни кощунство. Почему же я, черт возьми, ощущаю что-то вроде ужаса, вместо того чтобы, не задумываясь, ринуться в водоворот?
Бессмертные — смертны, смертные — бессмертны; смертью друг друга они живут, жизнью друг друга они умирают.
Все люди родятся искренними и умирают лжецами.
Рождаемся гениями, умираем бездарностями.
Трое могут сохранить тайну, только если двое из них мертвы.
Наши желания — это полужизнь, наше безразличие — это полусмерть.
Раньше смерти умирать не надо, она сама выберет и о выборе не оповестит.
Я не рассчитываю дожить до старости. Меня это совершенно не заботит. У меня нет ни малейшего желания дожить до семидесяти. Это было бы так скучно. Я умру раньше, чем это случится. Меня здесь не будет. Я буду где-нибудь в другом месте начинать новую жизнь, выращивая собственные гранатовые деревья.
Если человек не открыл для себя нечто такое, за что он готов умереть, он не способен полноценно жить.
Если сомневаешься и не знаешь, как поступить, представь себе, что ты умрёшь к вечеру, и сомнение тотчас же разрешается: тотчас же ясно, что дело долга и что личные желания.
Травой зарастают могилы, — давностью зарастает боль. Ветер зализал следы ушедших, — время залижет и кровяную боль, и память тех, кто не дождался родимых и не дождётся, потому что коротка человеческая жизнь и не много всем нам суждено истоптать травы...
Поначалу ты боишься умереть, потом ты боишься не умереть.
— Да, он умер. Совсем умер.
— Какой урок для него! Надеюсь, это пойдет ему на пользу.
Трус и до смерти часто умирает.
Лучше быть живым идиотом, чем мертвым героем.
Ужасную картину увидели бы мы, если б могли заглянуть в души наследников, обступающих смертное ложе. Сколько тут козней, расчетов, злостных ухищрений — и все из-за денег!
