Русские – цитаты
(страница 16)
А вот я не чувствую себя русской, я — петербургская. Москва меня обезличивает. Я вообще мало знаю и не понимаю Россию. Мне кажется — это страна людей, которые не нужны никому и сами себе не нужны.
Петербург вовсе не похож на прочие столицы европейские или на Москву. Каждая столица вообще характеризуется своим народом, набрасывающим на нее печать национальности, на Петербурге же нет никакого характера: иностранцы, которые поселились сюда, обжились и вовсе не похожи на иностранцев, а русские в свою очередь обыностранились и сделались ни тем ни другим.
Есть у русского человека враг, непримиримый, опасный враг, не будь которого, он был бы исполином. Враг этот — лень, или, лучше сказать, болезненное усыпление, одолевающее русского. Много мыслей, не сопровождаемых воплощением, уже у нас погибло бесплодно.
Русскому человеку в высшей степени свойствен возвышенный образ мыслей, но скажите, почему в жизни он хватает так невысоко?
Восхищаться уж я не умею
И пропасть не хотел бы в глуши,
Но, наверно, навеки имею
Нежность грустную русской души.
Правительство нарочно опаивает народ водкой, чтоб его абрютировать и тем удержать от восстания.
Господа! Когда-то русские будут русскими?
Россия настолько огромна, что она одна представляет собою весь мир.
Я верил не в идеалы коммунизма, а в идеалы братства, социальной справедливости. Над этим смеялись. Я ненавидел всем своим существом «новую» Россию, в которой можно было наступить на горло человеку, пройти и даже не обернуться.
В России нет ничего невозможного, кроме реформ.
Россия – это вечный рассадник недовольства в соседних государствах, и всегда будет им, пока не решит, где, по ее мнению, пролегают ее естественные границы. Она соседствует с Турцией – в Турции беспорядки, она соседствует с Индией – там тоже самое. Она соседствует с Китаем – по крайней мере, насколько мы знаем – значит, должна начаться смута и здесь.
Россия – страна проверок, страна контроля. Мечта каждого доброго россиянина – и заключенного, и вольнонаемного, – чтобы его поставили что-нибудь, кого-нибудь проверять.
В России все под секретом, но нет никаких тайн.
В своих страданиях Россия становится чище и тверже.
У русских всегда так — сплошные драмы. Иначе им скучно жить.
А чтобы мог пострадать не только тот, кто говорит, но и тот, кто слушает и не бежит тотчас, чтобы донести... Нет! Такого, наверное, и в самые дикие времена инквизиции не было!
Гласность только там полезна,
Где чужая честь свята,
Там, где правда всем любезна;
А у нас она мечта!
Есть вещи, которые нельзя изменить. Сапоги можно снять, но нельзя научить человека смеяться по-русски.
Вообще, наш люд настроен рукопашно,
Хоть и живет смиренных далей средь.
Дело не в том, что запрещают, а в том, что ничтожно мало тех, кто требует разрешения.
