Религия – цитаты
(страница 19)
Буддизм - это религия спасения интеллектуалов.
Церковь основана на крови, кровью скреплена и кровью расширилась.
Когда я делаю добро, я чувствую себя хорошо. Когда я поступаю плохо, я чувствую себя плохо. Вот моя религия.
Если собака воет на луну — это религия, а если она лает на чужака — это патриотизм.
— Ты променял проповеди на впаривание.
— Никакой разницы. И то и другое сводится к разводу лохов.
Ад был создан для христиан. Наверное, поэтому они и стремятся превратить землю в его подобие.
Религиозное самопожертвование можно трактовать как эксгибиционизм по отношению к богу.
Почему, собственно, к богу можно обращаться только в церкви? Почему тех, кто считает, что к нему можно обращаться из канав или проповедовать среди снующих взад и вперед лошадей, так охотно объявляют сумасшедшими?
Мы используем Библию просто как справочник констебля или как дозу опиума, успокаивающего перегруженное вьючное животное — чтобы поддерживать порядок и повиновение среди бедных.
Любопытно, что всякая религия обещает рай, который абсолютно неприемлем для человека с развитым вкусом.
Чем больше знаешь о какой-нибудь религии, тем меньше веришь в нее.
Тот, кто начнёт с того, что полюбит христианство более истины, очень скоро полюбит свою церковь или секту более, чем христианство, и кончит тем, что будет любить себя больше всего на свете.
Если бы треугольники создали себе бога, он бы был с тремя сторонами.
Незнание естественных причин заставило человека создать богов: обман превратил их во что-то грозное.
Всякий, кто серьезно задумается над религией и её сверхъестественной моралью, кто трезво взвесит все её преимущества и недостатки, сможет убедиться, что религия и её мораль вредны человечеству и, во всяком случае, противоречат природе человека.
Чем больше мы размышляем о догмах и принципах религии, тем более мы убеждаемся, что их единственная цель состоит в защите интересов тиранов и духовенства в ущерб интересам общества.
Не бог создал человека по своему образу и подобию, а человек всегда творил бога по своему образцу, наделяя его своим умом, своими качествами, особенно — пороками.
— Так что же у вас есть, если нет ни правительства, ни семьи, ни религии?
— У меня есть свобода. Я ни перед кем не гну спину и никого не признаю. Иду куда хочу, живу как могу и умру, когда настанет мой час.
Во все времена и во всех государствах, в особенности если эти государства раздирает религиозная вражда, находятся фанатики, которые ничего так не желают, как стать мучениками.
Кто не верует в Бога, принимает всю вину за этот мир на себя.
