Лев Николаевич Толстой – цитаты
(страница 9)
В мечте есть сторона, которая лучше действительности; в действительности есть сторона лучше мечты. Полное счастье было бы соединение того и другого.
Шли по лесу два товарища, и выскочил на них медведь. Один бросился бежать, влез на дерево и спрятался, а другой остался на дороге. Делать было ему нечего — он упал наземь и притворился мертвым. Медведь подошел к нему и стал нюхать: он и дышать перестал. Медведь понюхал ему лицо, подумал, что мертвый, и отошел. Когда медведь ушел, тот слез с дерева и смеется:
«Ну что, — говорит, — медведь тебе на ухо говорил?»
«А он сказал мне, что плохие люди те, которые в опасности от товарищей убегают».
Радость в жизни — то же самое, что масло в лампе. Как только масла становится мало, сжигается фитиль и, сжигаясь, перестаёт светить и только дымит черным, вонючим дымом.
Осуждение другого всегда неверно, потому что никто никогда не может знать того, что происходило и происходит в душе того, кого осуждаешь.
Церковь. Все это слово есть название обмана, посредством которого одни люди хотят властвовать над другими.
Жениться надо никак не по любви, а непременно с расчетом, только понимая эти слова как раз наоборот тому, как они обыкновенно понимаются, то есть жениться не по чувственно любви и по расчету где и чем жить, а по тому расчету, насколько вероятно, что будущая жена будет помогать, а не мешать жить человеческой жизнью.
Если допустить, что жизнь человеческая может управляться разумом, — то уничтожится возможность жизни.
Я не понимаю, решительно не понимаю, отчего мужчины не могут жить без войны?
Хороший игрок, проигравший в шахматы, искренно убежден, что его проигрыш произошел от его ошибки, и он отыскивает эту ошибку в начале своей игры, но забывает, что в каждом его шаге, в продолжение всей игры, были такие же ошибки, что ни один его ход не был совершенен.
Всё смешалось в доме Облонских.
Может быть оттого, что я радуюсь тому, что у меня есть, и не тужу о том, чего нету.
Как часто счастье браков по рассудку разлетается, как пыль, именно оттого, что появляется та самая страсть, которую не признавали.
Браками по рассудку мы называем те, когда уже оба перебесились.
Узнаю коней ретивых по каким-то их таврам, юношей влюбленных узнаю по их глазам.
Всему виной эта глупая улыбка.
Он любил свою газету, как сигару после обеда, за лёгкий туман, который она производила в его голове.
Мы ничего не говорили о любви. Я не спрашивал ни её, ни себя даже о том, любит ли она меня. Мне достаточно было того, что я любил её.
Загрузка ...