Виктор Гюго – цитаты
(страница 10)
Когда творишь зло, твори его до конца. Безумие останавливаться на полпути!
Без любви и нежности жизнь не что иное, как мертвый, ржавый, скрипучий и безобразный механизм.
Время течёт в нас, как струйка песка в песочных часах. И мы не ощущаем его, особенно в важнейшие минуты нашей жизни.
Трудно составить счастье мужчины, обрекая на страдания женщину.
Мир – он всегда будет таким, каков он есть; на земле все будет идти достаточно дурно и без твоего содействия.
Право человека на слезы не знает давности.
То, что постигаешь в минуту кончины, похоже на то, что видишь при вспышке молнии. Сначала — все, потом — ничего. И видишь, и не видишь. После смерти наши глаза опять откроются, и то, что было молнией, станет солнцем.
Он заметил, что существует своего рода иерархия бедствий: над королями, угнетающими народ, есть война, над войною — чума, над чумою — голод, а над всеми бедствиями — глупость людская.
Меняя внешний облик, порой меняют душу.
Презрение — это пощечина на расстоянии.
Слепой видит незримое.
Если у человека завелась привычка выходить из дому, чтобы мечтать, то настанет день, когда он уйдёт из дому, чтобы броситься в воду.
Если можно вообразить себе что-нибудь страшнее ада, где страдают, то это ад, где скучают.
Это свойственно лишь женской душе, которая понимает мужчину лучше, чем он сам себя понимает.
Не видя человека, можно предполагать в нём любые совершенства.
Наслаждаться — какая жалкая цель и какое суетное тщеславие! Мыслить — вот подлинное торжество души!
Любовь — это приветствие, которое ангелы шлют звёздам.
Прекрасна и священна надежда в ребёнке, никогда не знавшем ничего, кроме горя.
Долг — начало рабства, даже хуже рабства, потому что кредитор неумолимее рабовладельца: он владеет не только вашим телом, но и вашим достоинством и может при случае нанести ему тяжкие оскорбления.
Загрузка ...