Истина – цитаты
(страница 31)
Тот, кто начнёт с того, что полюбит христианство более истины, очень скоро полюбит свою церковь или секту более, чем христианство, и кончит тем, что будет любить себя больше всего на свете.
Вероятно, мы, смертные, только тогда можем быть истинными философами, когда сознательно к этому не стремимся.
В большинстве споров можно подметить одну ошибку: в то время как истина лежит между двумя защищаемыми воззрениями, каждое из последних отходит от нее тем дальше, чем с большим жаром спорит.
Самый простой школьник теперь знаком с истинами, за которые Архимед пожертвовал бы своей жизнью.
Кто не любит истину, тот отворачивается от неё под предлогом, что она оспорима.
Читая литературный текст, мы бежим от тревоги, одолевающей нас, когда мы пытаемся сказать нечто истинное об окружающем мире.
Опаснейшие среди нас враги истины и свободы — это сплоченное большинство. Да, проклятое сплоченное либеральное большинство!
Нет худшей лжи, чем неправильно понятая истина.
Истинное остроумие свойственно простым людям, а не образованным.
Только ошибка нуждается в поддержке правительства. Истина отстаивает себя сама.
Ни у какой истинной книги нет первой страницы. Как лесной шум, она зарождается бог весть где, и растет, и катится, будя заповедные дебри, и вдруг, в самый темный, ошеломительный и панический миг, заговаривает всеми вершинами сразу, докатившись.
Истинное наше наслаждение состоит в свободном владении самими собой.
Истинно любить можно только то, что выше нас, – женщину, которая подчинит нас себе властью красоты, темперамента, ума, силы воли, – которая будет нашим деспотом.
Неправда то, что есть такие книги, в которых всякое слово истинно и внушено Богом. Все книги дело рук человеческих, и во всех может быть и полезное, и вредное, и истинное, и ложное.
Постижение истины не вопрос интеллекта, но прежде всего характера.
Момент совершения выбора это момент истины.
Истина перестает быть истиной, как только в неё уверует больше, чем один человек.
Великое, истинное и прекрасное в искусстве это простота.
Истина не знает тайного подручного шепота; она любит говорить откровенно и смело.
Значительная, если не подавляющая, часть истины раскрывается через обстоятельства, на первый взгляд совершенно посторонние.
