Федор Михайлович Достоевский – цитаты
(страница 8)
Неужели и тут не дадут и не позволят русскому организму развиться национально, своей органической силой, а непременно безлично, лакейски подражая Европе? Да куда же девать тогда русский-то организм? Понимают ли эти господа, что такое организм? Отрыв, "отщепенство" от своей страны приводит к ненависти, эти люди ненавидят Россию, так сказать, натурально, физически: за климат, за поля, за леса, за порядки, за освобождение мужика, за русскую историю, одним словом, за всё, за всё ненавидят.
— Что делаешь?
— Работу...
— Каку работу?
— Думаю, — серьезно отвечал он, помолчав.
Ведь надобно же, чтоб у всякого человека было хоть одно такое место, где бы и его пожалели!
Вранье есть единственная человеческая привилегия перед всеми организмами. Соврешь – до правды дойдешь!
Русскому Европа так же драгоценна, как Россия; каждый камень в ней мил и дорог... О, русским дороги эти старые чужие камни, эти чудеса старого божьего мира, эти осколки святых чудес; и даже это нам дороже, чем им самим!
Знание не перерождает человека: оно только изменяет его, но изменяет не в одну всеобщую, казенную форму, а сообразно натуре этого человека.
Писатель, произведения которого не имели успеха, легко становится желчным критиком: так слабое и безвкусное вино может стать превосходным уксусом.
Богатство, грубость наслаждений порождают лень, а лень порождает рабов.
Тот, кто хочет увидеть живого Бога, пусть ищет его не в пустом небосводе собственного разума, но в человеческой любви.
Великодушие гибнет в периоды долгого мира. Долгий мир ожесточает людей. Долгий мир производит апатию, низменность мысли, разврат, притупляет чувства. Социальный перевес во время долгого мира всегда под конец переходит к грубому богатству.
Не испытав, нельзя судить о некоторых вещах.
Пусть мы униженные, пусть мы оскорбленные, но мы опять вместе, и пусть, пусть теперь торжествуют эти гордые и надменные, унизившие и оскорбившие нас!.. Мы пойдем рука в руку, и я скажу им: это моя дорогая, это возлюбленная дочь моя, это безгрешная дочь моя, которую вы оскорбили и унизили, но которую я, я люблю и которую благословляю во веки веков!
Жизнь всякой женщины, что бы она там ни проповедовала, это — вечное искание, кому бы подчиниться... так сказать, жажда подчиниться. И заметь себе — без единого исключения.
Женщины небольшие мастерицы в оценке мужских умов, если человек им нравится, и парадоксы с удовольствием принимают за строгие выводы, если те согласны с их собственными желаниями.
Человек несчастлив потому, что не знает, что он счастлив.
В нашей странной России можно делать все, что угодно.
— Кто научит, что все хороши, тот мир закончит.
— Кто учил, того распяли.
«Высший либерализм» и «высший либерал», то есть либерал без всякой цели, возможны только в одной России.
