Жорж Санд – цитаты
(страница 4)
Когда любишь человека, милы даже муки, которые он тебе причиняет.
Счастья мы достигаем только тогда, когда живём в мире с собою и судьбу свою устраиваем в согласии со склонностями.
Поверьте мне, женщины устроены так, что им обязательно надо любить кого-то больше, чем себя: мужа — если он того стоит, а уж детей — во всех случаях.
Любовь - это не то, что вы думаете, это отнюдь не тяготение всех наших сил к одному существу: это священное тяготение самых возвышенных сфер нашей души к неизбежному.
Горе не разбивает, а только еще тверже скрепляет звенья цепи, связывающей нас с жизнью.
Разве счастье возможно для человека, который ненавидит и презирает сам себя?
Женщины редко обладают физической силой, помогающей терпеливо переносить боль и опасности, но им часто присуща та душевная сила, которая появляется в минуты риска или страдания.
В слезах одних женщин таятся более горькие укоры, нежели в проклятиях других.
Если бы мы не в силах были нести бремя жизни из чувства долга, пришлось бы продолжать жить хотя бы из уважения к приличиям.
Каждый думает, что никто и никогда не был любим так, как любим он. Он считает себя самым любимым, единственным. Где нет этого наивного ослепления, этого горделивого заблуждения, там нет и страсти.
Завистливым душам свойственно ненавидеть людей за то, что те якобы отнимают у них счастье.
Смерть проходит между нами и, по видимости, разлучает нас только для того, чтобы соединить в вечности.
— Презрение и любовь часто отлично уживаются.
— В низких душах!
— В душах самых гордых. Так было и так будет всегда.
В страстных мечтаниях все кажется возможным, но когда действительность вдруг предстаёт перед глазами, мы с ужасом возвращаемся к прежним взглядам.
Нет ничего легче, как философствовать по поводу горестной жизни, зная только её радости.
Любовь, даже не очень сильная, на многое закрывает глаза, но дружба размышляет.
Честность умирает, когда продаётся.
Стремитесь иметь рядом с собой прямодушного советчика, взыскательного друга и любите не того, кто вам льстит, но того, кто вас исправляет.
Каждый испытывает потребность быть любимым, но людей нужно любить по-разному: одного – с бесконечной снисходительностью, другого – с неослабной строгостью.
Всеобщее и совместное образование представляется необходимым; но следует ли отсюда, что оно должно быть одинаковым для всех? Великая задача заключается в том, чтобы найти такую форму воспитания, которая отвечала бы натуре каждого отдельного человека.
